Сказка «Сказка о рыбаке»

Размер шрифта:

• A
• A
• A

Дошло до меня, о счастливый царь, — сказала Шахразада, — что был один рыбак, далеко зашедший в годах, и были у него жена и трое детей, и жил он в бедности. И был у него обычай забрасывать свою сеть каждый день четыре раза, не иначе; и вот однажды он вышел в полуденную пору, и пришел на берег моря, и поставил свою корзину, и, подобрав полы, вошел в море и закинул сеть. Оп выждал, пока сеть установится в воде, и собрал веревки, и когда почувствовал, что сеть отяжелела, попробовал ее вытянуть, но не смог; и тогда он вышел с концом сети на берег, вбил колышек, привязал сеть и, раздевшись, стал пырять вокруг нее, и до тех пор старался, пока не вытащил ее. И он обрадовался и вышел и, надев свою одежду, подошел к сети, но нашел в ней мертвого осла, который разорвал сеть. Увидев это, рыбак опечалился и воскликнул:

«Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого! Поистине, это удивительное пропитание! — сказал он потом и произнес:

О ты, погрузившийся в мрак ночи и гибели,

Усилья умерь свои: надел не труды дают.

Не видишь ли моря ты, и к морю рыбак идет,

Собравшись на промысел под сенью светил ночных?

Вошел он в пучину вод, и хлещет волна его,

И взора не сводит он с раздутых сетей своих.

Но мирно проспавши ночь, довольный той рыбою,

Чье горло уж проткнуто железом убийственным,

Продаст он улов тому, кто ночь безмятежно спал,

Укрытый от холода во благе и милости.

Хвала же творцу! Одним он даст, а другим не даст;

Одним суждено ловить, другим — поедать улов«.

Потом он сказал: «Живо! Милость непременно будет, если захочет Аллах великий! — и произнес:

Если будешь ты поражен бедой, облачись тогда

Во терпенье славных; поистине, так разумнее;

Рабам не сетуй: на доброго станешь сетовать

Перед теми ты, кто не будет добр никогда к тебе«.

Потом он выбросил осла из сети и отжал ее, а окончив отжимать сеть, он расправил ее и вошел в море и, сказав: «Во имя Аллаха!», снова забросил. Он выждал, пока сеть установится; и она отяжелела и зацепилась крепче, чем прежде, и рыбак подумал, что это рыба, и, привязав сеть, разделся, вошел в воду и до тех пор нырял, пока не высвободил ее. Он трудился над нею, пока не поднял ее на сушу, но нашел в ней большой кувшин, полный песку и ила. И, увидев это, рыбак опечалился и произнес:

«О ярость судьбы — довольно!

А мало тебе — будь мягче!

Я вышел за пропитаньем,

Но вижу — оно скончалось.

Как много глупцов в Плеядах

И сколько во прахе мудрых!«

Потом он бросил кувшин и отжал сеть и вычистил ее и, попросив прощенья у Аллаха великого, вернулся к морю в третий раз и опять закинул сеть. И, подождав, пока она установится, он вытянул сеть, но нашел в ней черепки, осколки стекла и кости. И тогда он сильно рассердился и заплакал и произнес:

«Вот доля твоя: вершить делами не властен ты;

Ни знанье, ни сила чар надела не даст тебе;

И счастье и доля всем заранее розданы,

И мало в земле одной, и много в другой земле.

Превратность судьбы гнетет и клонит воспитанных,

А подлых возносит ввысь, достойных презрения,

О смерть, посети меня! Поистине, жизнь скверна,

Коль сокол спускается, а гуси взлетают ввысь.

Не диво, что видишь ты достойного в бедности,

А скверный свирепствует, над всеми имея власть:

И птица кружит одна с востока и запада

Над миром, другая ж все имеет, не двигаясь«.

Потом он поднял голову к небу и сказал: «Боже, ты

Знаешь, что я забрасываю свою сеть только четыре раза в день, а я уже забросил ее трижды, и ничего не пришло ко мне. Пошли же мне, о боже, в этот раз мое пропитание!«

Затем рыбак произнес имя Аллаха и закинул сеть в море и, подождав, пока она установится, потянул ее, но не мог вытянуть, и оказалось, она запуталась на дне.

«Кет мощи и силы, кроме как у Аллаха! — воскликнул рыбак и произнес:

Тьфу всей жизни, если будет такова,

Я узнал в пей только горе и беду!

Коль безоблачна жизнь мужа на заре,

Чашу смерти должен выпить к ночи оп.

А ведь прежде был я тем, о ком ответ

На вопрос: кто всех счастливей? — был: вот он!«

Он разделся и нырнул за сетью, и трудился над ней, пока не поднял на сушу, и, растянув сеть, он нашел в ней кувшин из желтой меди, чем-то наполненный, и горлышко его было запечатано свинцом, на котором был оттиск перстня господина нашего Сулеймана ибн Дауда [11], — мир с ними обоими! И, увидав кувшин, рыбак обрадовался и воскликнул: «Я продам его на рынке медников, он стоит десять динаров золотом!» Потом он подвигал кувшин, и нашел его тяжелым, и увидел, что он плотно закрыт, и сказал себе: «Взгляну-ка, что в этом кувшине! Открою его и посмотрю, что в нем есть, а потом продам!» И он вынул нож и старался над свинцом, пока не сорвал его с кувшина, и положил кувшин боком на землю и потряс его, чтобы то, что было в нем, вылилось, — но оттуда не полилось ничего, и рыбак до крайности удивился. А потом из кувшина пошел дым, который поднялся до облаков небесных и пополз по лицу земли, и когда дым вышел целиком, то собрался и сжался, и затрепетал, и сделался ифритом с головой в облаках и ногами на земле. И голова его была как купол, руки как вилы, ноги как мачты, рот словно пещера, зубы точно камни, ноздри как трубы, и глаза как два светильника, и был он мрачный, мерзкий.

И когда рыбак увидел этого ифрита, у него задрожали поджилки и застучали зубы и высохла слюна, и он не видел перед собой дороги. А ифрит, увидя его, воскликнул: «Нет бога, кроме Аллаха, Сулейман — пророк Аллаха!»

Потом он вскричал: «О пророк Аллаха, не убивай меня! Я не стану больше противиться твоему слову и не ослушаюсь твоего веления!» И рыбак сказал ему: «О марид, ты говоришь: „Сулейман — пророк Аллаха“, а Сулейман уже тысяча восемьсот лет как умер, и мы живем в последние времена перед концом мира. Какова твоя история, и что с тобой случилось, и почему ты вошел в этот кувшин?»

И, услышав слова рыбака, марид воскликнул: «Нет бога, кроме Аллаха! Радуйся, о рыбак!» — «Чем же ты меня порадуешь?» — спросил рыбак. И ифрит ответил: «Тем, что убью тебя сию же минуту злейшей смертью». — «За такую весть, о начальник ифритов, ты достоин лишиться защиты Аллаха! вскричал рыбак. — О проклятый, за что ты убиваешь меня и зачем нужна тебе моя жизнь, когда я освободил тебя из кувшина и спас со дна моря и поднял на сушу?» — «Пожелай, какой смертью хочешь умереть и какой казнью казнен!» — сказал ифрит. И рыбак воскликнул: «В чем мой грех и за что ты меня так награждаешь?» — «Послушай мою историю, о рыбак», — сказал ифрит, и рыбак сказал: «Говори и будь краток, а то у меня душа уже подошла к носу!»

«Знай, о рыбак, — сказал ифрит, — что я один из джиннов-вероотступников, и мы ослушались Сулеймана, сына Дауда, — мир с ними обоими! — я и Сахр, джинн. И Сулейман прислал своего везиря, Асафа ибн Барахию, и он привел меня к Сулейману насильно, в унижении, против моей воли. Он поставил меня перед Сулейманом, и Сулейман, увидев меня, призвал против меня на помощь Аллаха И предложил мне принять истинную веру и войти под его власть, но я отказался. И тогда он велел принести этот кувшин и заточил меня в нем и запечатал кувшин свинцом, оттиснув на нем величайшее из имен Аллаха, а потом он отдал приказ джиннам, и они понесли меня и бросили посреди моря. И я провел в море сто лет и сказал в своем сердце: всякого, кто освободит меня, я обогащу навеки. Но прошло еще сто лет, и никто меня не освободил. И прошла другая сотня, и я сказал: всякому, кто освободит меня, я открою сокровища земли. Но никто не освободил меня. И надо мною прошло еще четыреста лет, и я сказал: всякому, кто освободит меня, я исполню три желания. Но никто не освободил меня, и тогда я разгневался сильным гневом и сказал в душе своей: всякого, кто освободит меня сейчас, я убью и предложу ему выбрать, какою смертью умереть! И вот ты освободил меня, и я тебе предлагаю выбрать, какой смертью ты хочешь умереть».

Услышав слова ифрита, рыбак воскликнул: «О диво Аллаха! А я-то пришел освободить тебя только теперь! Избавь меня от смерти — Аллах избавит тебя, — сказал он ифриту. — Не губи меня — Аллах даст над тобою власть тому, кто тебя погубит». — «Твоя смерть неизбежна, пожелай же, какой смертью тебе умереть», — сказал марид.

И когда рыбак убедился в этом, он снова обратился к ифриту и сказал: «Помилуй меня в награду за то, что я тебя освободил». — «Но я ведь и убиваю тебя только потому, что ты меня освободил!» — воскликнул ифрит. И рыбак сказал: «О шейх [12] ифритов, я поступаю с тобой хорошо, а ты воздаешь мне скверным. Не лжет изречение, заключающееся в таких стихах:

Мы благо им сделали, — обратным воздали нам;

Вот, жизнью моей клянусь, порочных деяния!

Поступит похвально кто с людьми недостойными

Тем будет так воздано, как давшим гиене кров«.

Услышав слова рыбака, ифрит воскликнул: «Не тяни, твоя смерть неизбежна!» И рыбак подумал: «Это джинн, а я человек, и Аллах даровал мне совершенный ум. Вот я придумаю, как погубить его хитростью и умом, пока он измышляет, как погубить меня коварством и мерзостью».

Потом он сказал ифриту: «Моя смерть неизбежна?» И ифрит отвечал: «Да». И тогда рыбак воскликнул: «Заклинаю тебя величайшим именем, вырезанным на перстне Сулеймана ибн Дауда — мир с ними обоими! — я спрошу тебя об одной вещи, скажи мне правду». — «Хорошо, — сказал ифрит, спрашивай и будь краток!» — и он задрожал и затрясся, услышав упоминание величайшего имени. А рыбак сказал: «Ты был в этом кувшине, а кувшин не вместит даже твоей руки или ноги. Так как же он вместил тебя всего?» «Так ты не веришь, что я был в нем?» — вскричал ифрит. «Я никогда тебе не поверю, пока не увижу тебя там своими глазами», — отвечал рыбак…«

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Четвертая ночь

Когда же настала четвертая ночь, ее сестра сказала: «Закончи твой рассказ, если тебе не хочется спать».

И Шахразада продолжала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что рыбак сказал ифриту: «Никогда тебе не поверю, пока не увижу тебя там своими глазами». И тогда ифрит встряхнулся и стал дымом над морем, и собрался, и мало-помалу стал входить в кувшин, пока весь дым не оказался в кувшине. И тут рыбак поспешно схватил свинцовую пробку с печатью и закрыл ею кувшин и закричал на ифрита:»Выбирай, какой смертью умрешь! Клянусь Аллахом, я брошу тебя в море и построю себе здесь дом, и всякому, кто придет сюда, я не дам ловить рыбу и скажу: «Тут ифрит, и всем, кто его вытащит, он предлагает выбрать, как умереть и как быть убитым!»

Услышав слова рыбака и почувствовав себя в заточении, ифрит хотел выйти, но не мог, так как ему не позволяла печать Сулеймана. И он понял, что рыбак перехитрил его, и сказал: «Я пошутил с тобой!» Но рыбак воскликнул: «Лжешь, о презреннейший из ифритов и грязнейший и ничтожнейший из них!» И потом он понес кувшин к берегу моря, и ифрит кричал: «Нет, нет!», а рыбак говорил: «Да! да!» Ифрит смягчил свои речи и стал смиренным и сказал: «Что ты хочешь со мной сделать, о рыбак?» И рыбак ответил: «Я брошу тебя в море; и если ты уже провел в нем тысячу восемьсот лет, то я заставлю тебя пробыть там, пока не настанет судный час.

Не говорил ли я тебе: «Пощади меня — пощадит тебя Аллах, не убивай меня — убьет тебя Аллах!», но ты н? послушал моих слов и хотел только обмануть меня, и Аллах отдал тебя мне в руки, и я обманул тебя«.

«Открой меня, и я окажу тебе милость», — сказал ифрит. Но рыбак воскликнул: «Лжешь, проклятый! Я и ты подобны везирю царя Юнана и врачу Дубану». — «А кто это такие, везирь царя Юнана и врач Дубан и какова их история?» — спросил ифрит.