Сказка «Хотел избавиться от одной шишки — заработал вторую»

Размер шрифта:

• A
• A
• A

В давние времена, еще когда тигр умел курить, а звери говорить человечьим голосом, жили в деревне два старика, Пак и Ким. На шее у каждого выросло по большущей шишке. Пак был честным и добрым, Ким — жадным и злым.

Пошел как-то добрый Пак за дровами, в горы забрел. И так ему повезло! Кустарника в горах видимо-невидимо — руби да руби. Забыл Пак обо всем на свете. Только топор мелькает в руках. Не заметил, как солнце село. Потемнело вокруг. Испугался Пак, вмиг хворост собрал, связал, взвалил на спину и стал быстро спускаться вниз.

Как ни спешил Пак домой, ночь его застала в горах. Долго плутал Пак по темным ущельям, вдруг видит — хижина стоит, старая, покосившаяся. Обрадовался старик: «Здесь и заночую», думает. Сбросил хворост на землю, в хижину входит, а там стены все ’обвалились. «Ладно, — думает Пак, — все лучше, чем под открытым небом». Наскоро устроил старик постель, спать лег. Только не спится ему, хоть и притомился. Ворочается да ворочается. Сел старик у порога, а ночь темная, тихая, зарычит дикий зверь вдалеке — и опять тишина. Сидел Пак, сидел, и вдруг ему петь захотелось.

Пак мастер был петь, а уж как красиво звучал его голос здесь, в ночной тишине, среди гор! Поет он песню за песней, и все вокруг радуется: и деревья, и травы, и птицы.

Вдруг снаружи послышался шум. Это заявились рогатые. Струсил старик, хотел убежать, а главный черт хвать его за рукав и говорит:

— Не бойся, старик, мы не причиним тебе зла, хотим послушать, как ты поешь.

Тут черти в ладоши захлопали, стали просить старика песни петь.

Успокоился Пак, вздохнул облегченно и снова запел. Поет старик, а черти рады, того и гляди пустятся в пляс. Не успеет старик одну песню спеть, черти еще просят. Под конец главный черт и говорит:

— Спасибо, старик, за песни! И как это у тебя получается?

Старик улыбается:

— Это голос у меня такой…

— Не морочь нас, старик! Небось шишка тебе помогает? — допытывается главный черт.

Смех разобрал старого Пака.

— Шишка? Может, и так. Кто его знает.

Погладил старик шишку, а главный черт говорит:

— Точно, она! Продай нам шишку, старик. Сколько скажешь — столько заплатим.

Не поверил своим ушам Пак:

— Шишку?! Продать?!

Тут и остальные черти стали старика уговаривать:

— Продай, продай шишку!

— Что же, можно подумать, — отвечает старик. — Она мне только помеха! Но песня тут ни при чем.

Думают черти, что старик зубы им заговаривает, не хочет с шишкой расстаться, и не отступаются. Пришлось старику согласиться.

— Ладно, отдам я вам шишку. Только не обижайтесь, если она не поможет.

— Что ты, какая обида! — радостно загалдели черти.

Оторвали у старика шишку, а взамен дали большущий ящик, до краев наполненный золотом, серебром и всякими драгоценностями.

Тут как раз прокричал петух, и чертей будто ветром сдуло. Обрадовался старый Пак: мало того что от шишки избавился, так еще и сокровища получил. Дождался он рассвета и вернулся домой.

Прослышал жадный Ким, что Пак продал шишку чертям, да еще и разбогател, и стрелой помчался в ущелье. Дождался темноты, вошел в хижину, прислонился к стене и стал петь. А голос у него гнусавый-прегнусавый. Черти тут как тут. Увидел их Ким и кричит:

— Есть у меня шишка, от нее голос красивым становится. Идите сюда! Давайте меняться: я вам шишку, вы мне — золото да серебро!

— Говоришь, от твоей шишки голос красивым становится? — спрашивает главный черт.

— Ну да! Она лучше той, что вы купили вчера. Попробуйте сами! Только заплатите мне вдвое больше!

Ох и разозлился же главный черт! Как заорет:

— Нет! Нас больше не проведешь! Сейчас мы тебе покажем!

Перепугался Ким, ноги к земле приросли, дрожит весь.

Долго спорили черти, какой казнью его казнить. А главный черт и говорит:

— Давайте приделаем ему ту шишку, что купили вчера. Несите ее скорее!

Мигом принесли черти шишку, приделали и убежали. Вот откуда и пошла пословица: «Хотел избавиться от одной шишки — заработал вторую».

Перевод Вадима Пака